Летний лагерь'98

Письмо лидера после КИДовского лагеря’96.

Вчера вернулись из лагеря, а сегодня я сразу сел писать тебе письмо. Извини, если получится слишком длинным.

В целом, все ОК. Все довольны и радостны, полны впечатлений, передружились и спрашивают, что будет дальше.

Не обошлось, правда, без “ЧП”. Но, все по порядку.

С составом все получилось нормально, в последние дни даже пришлось отказывать. Всего, в конечном итоге, нас оказалось 88 человек (16 лидеров и 72 “ребенка”).

12 августа, вечером, в 17.45, собрались у гостиницы “Латвия”. Первый автобус - “Scania” пришел на 20 мин раньше. Второй - опоздал на час. Водитель перепутал время и, вместо 17.45, приехал в 18.45. Родители, конечно, нервничали, капали на мозги, особенно моя мама.

В понедельник я чувствовал себя страшно хреново, так как в субботу разболелся живот, ночь на воскресенье я не спал, и, вообще, сомневался, что поеду в лагерь. К понедельнику, вроде, полегчало.

И вот я, практически ничего неевший 3 дня, пришел к месту сбора. Уже почти все собрались, и я страшным голосом стал спрашивать фамилию и имя, а на вопрос: “В каком я отряде ?” отвечал обычно:”Потом узнаешь”. Так что, как говорили потом ребята, я произвел удручающе-пугающее впечатление. К тому же им намекнули, что существует еще некий Тигран, совершенно повернутый на армии, который им устроит сладкую жизнь.

Вопросы и претензии начались еще в Риге. “Почему нас с подружками разделили?” - типичный вопрос. Особенно меня доставала сестра Дениса, но тогда я еще не подозревал, что ждет меня дальше.

Наконец, поехали. И довольно быстро, без происшествий добрались до места.

Еще утром Миша, Тигран, Петя, Женя и я поехали на машинах в Кестерциемс, взяли ключи от корпусов, приготовили костер. Потом я с Тиграном и Мишей вернулся в Ригу, а Петя и Женя остались. Позже к ним присоединились Олег с Мариком.

Нам предоставили 4-ый и 5-ый корпуса. Они располагаются напротив друг друга и находятся в ста метрах от бара.

В 4-ом корпусе мы занимали оба этажа, в 5-ом - только второй. Первый этаж вообще пустовал. Вообщем, чужых поблизости не было.

Коротко о лидерах. В воскресенье вернулась Рита, и, естественно, приняла участие в лагере, но, между нами говоря, достаточно халявно. Инне за три дня до начала пришлось вернуться в Минск к мужу. Буквально за пару дней до этого Миша Селиванов попросил взять его в лагерь, и я разрешил. А когда Инна уехала, все встало на свои места. Петя привел с собой Линду и Эдмунда из “Хауса”. Остальной состав не изменился.

Вообщем, приехали. Лидеры прочитали списки отрядов и повели своих ребят устраиваться. Вот тут и началось.

Поднимаюсь я на второй этаж 4-ого корпуса, и меня окружают пять или шесть девчонок из еврейской школы, требующих, чтобы я их поселил вместе. (Те самые Илана, Юля, Лена, Дина, Дана, Полина.) Я, конечно, отказал раз, два, три, но они меня не отпускают и все. Рядом ухмыляется Лисагор, бегает Марик. У меня мысль только одна: “А почему, в принципе, не поселить их вместе?” Хотя понимаю, что реально это сделать тяжело.

Но, все-таки, я им сказал, что этот вопрос мы решим завтра утром, на свежую голову. Тогда они меня отпустили. Если бы мне в этот момент кто-то сказал, что буквально через пару дней мы с ними подружимся, и я даже буду защищать их от Петьки, я бы рассмеялся этому человеку в лицо.

Тем не менее, постепенно все разместились. В комнаты с четырьмя кроватями перенесли пятую, осталось несколько пустых, рабочих комнат, плюс холлы, плюс лужайки, вообщем, места для занятий оказалось достаточно. Лидеры жили в 2-х местных комнатах, причем нам с Петей досталась самая голимая в 5-ом корпусе. Но это не самое страшное.

Потом, как и планировали, начались ice-breaking’и, ребята покушали, и около одинадцати их стали укладывать спать, причем большинство действительно поверили, разделись и легли в кровати. Кстати, самый лучший контакт с группой получился у Гиршфельда.

Дальше, согласно плану, каждый отряд стал выходить к морю, к костру. Буквы не получились, пришлось ограничиться пионерским костром.

Попели песни, в основном, евреи. Петя рассказал о правилах лагеря; какая-то общая тусовка еще не клеилась, и, вскоре, разошлись по комнатам.

Так закончился первый вечер.

13 августа. вторник. День первый. Все еще были свеженькими, поэтому, без проблем поднялись около восьми. В 8.15 началась наша первая зарядка. Прошла ничего. Потом было немного свободного времени, потом завтрак. Дали какие-то тухлые яйца. Ну, вообщем, сама понимаешь.

После завтрака ко мне опять подошли еврейские девчонки. Они сказали, что в 5-ом корпусе есть совершенно пустая комната. И я разрешил им переехать. Так конфликт был улажен. Потом в отдельную комнату перебрались Олег, Оскар и Костя. На этом перемещения закончились.

В десять начался латышский. Всего получилось пять групп (Линда, Надя, Рита, Петя, Эдмунд). Детей разделили по спискам, а не по уровню, как предполагалось ранее. Задание на первый день было достаточно простым и интересным (это я предложил в первый день особенно не напрягать детей) - надо было переводить шлягеры с русского на латышский. Вроде бы, детям понравилось.

На первом латышском я не присутствовал, так как нам (Мише, Марику и мне) надо было додумать Олимпийские игры.

Ну, мы посидели, кое-чего придумали, и после обеда команды стали готовиться к открытию. Страны придумали следующие: Непал (Марик), Египет (Петя), Чад (Миша), Транс-Тиграния (Тигран), Чукчия (Эдмунд), Уагадука (Сергей) и Львы из не помню какой деревни (Женя).

Было несколько конкурсов и эстафет, в том числе конкурс, когда команда бежит, обвязанная веревкой. В общем, две команды упали, и не обошлось без жертв. Например, Полина и Делина сильно разбили себе колени.

В конечном итоге победила команда Сергея и Наташи.

Потом желающие играли в футбол: команда лидеров против команды детей. Лидеры позорно слили.

Оказалось, что в бассейне нам дали очень неудобное время - как раз посередине Олимпийских игр. Поэтому их пришлось сократить и пойти в бассейн. В итоге осталось много свободного времени для пляжа. (Хотя свободное время в первый день - не самый лучший вариант, и мы это понимали).

После ужина начался брейн-ринг. Петя объявил, что на вечер надо приходить нарядно одетыми. Это была, конечно, шутка, но Крумер понял ее буквально и вышел в костюме с бабочкой, чем всех сильно приколол.

Играли по командам: отборочные игры до 2-х очков, полуфиналы и финал - до 3-х очков.

Вопросы я подготовил, конечно, неслабые, и игра подчас шла с трудом. Но в целом получилось весело. Победила в финале команда Миши Селиванова. Все это закончилось уже в темноте после десяти часов вечера.

Потом была дискотека в корпусе. (А брейн-ринг проходил на свежем воздухе перед корпусом.) На дискотеку пришли парни из кемпинга, но мы их естественно не пустили. Я стоял в дверях с дубинкой, мне помогали Тигран и Марик. Ничего, обошлось.

14 августа, среда. День второй. На второй день энтузиазма с подъемом уже не было. Но в 8.15 опять была зарядка, потом завтрак, потом латышский, потом немного свободного времени, в зависимости от группы, так как каждый лидер отпускал своих в разное время. Особенно халявила Рита, она отпустила ребят на час раньше.

После обеда был объявлен день искусства.

Все пошли на пляж строить город из песка. Погода начала понемногу портиться, и мы боялись, что не успеем провести этот день, как надо. Но все удалось. Каждая команда построила свой, особый город, в своем стиле и своей техникой. Команда Юли и Марика построили город, совмещающий известные памятники архитектуры: замок на Мальте, храм Ацтеков, Великую китайскую стену и т.д. Рита построила дома в виде руки, ноги, шляпы и т.д. Команда Ани Сокурянской и Тиграна построила черепаху, а на ней город. Команда Эдмунда построила город в форме шестиконечной звезды, плюс курящего человека на песке. Чья-то команда, не помню точно, чья, постоили город K.I.D.’a. В общем, получилось классно.

Далее был полдник. Но так как на полдник приходили постепенно, то булочек всем не хватило, потому что первые нахватали себе по три, по четыре. Мне пришлось разделить между другими ребятами свои запасы печенья, взятые из дома, так что обиженных не было.

После полдника команды стали готовиться к вечеру театра. Насчет тетра мы решили так: заранее выбрали семь хорошо известных сказок, определили жанр, потом кинули жребий, кому что достанется.

Сказки были следующие: Колобок - боевик-каратэ (Миша, Розана), Спящая красавица - фильм ужасов (Петя, Надя, Рита), Семеро козлят - черная комедия (Женя, Ира), Красная шапочка - комедия (Линда, Эдмунд), Голый король - крим. драма (Юля, Марик), Муха-Цокотуха - триллер (Наташа, Сергей) и Золушка - детектив (Аня, Тигран).

Миша, например, поставил сказку о том, как бедный бритый ежик (потому и Колобок), сидя в тюрьме, познакомился с Учением Великого Лени и сражался с разными внешними и внутренними врагами. “Учение Великого Лени “ стало после этого крылатой фразой.

Красную Шапочку играл Эдмунд (около 190 см роста), а Волка - Мадара (где-то 150 и в моих штанах)

Вообщем, получилось прикольно, хотя несколько однообразно, и, притом, почти во всех сказках присутствовал я.

Вечер театра прошел в зале рядом со столовой. Потом там же устроили дискотеку. Я остался смотреть за корпусами, а Тигран и Марик опять отшивали парней из кемпинга.

Часов до двух была дискотека, потом народ разошелся по корпусам, и активная жизнь стала потихонечьку замирать. Не замирала жизнь только у парней-лидеров. Настал момент серьезно подумать о Зарнице, о правилах и т.д. Думали до трех часов ночи, на улице, а в это время дети пялились на нас из окон. Мы пробовали разные виды упражнений, в том числе отжимания на счет, чем вызвали аплодисменты у благодарных зрителей. Потом мы все-таки пошли спать.

15 августа, четверг. День третий. Ночью кто-то измазал перила, дверные ручки, лица и обувь зубной пастой, но, к счастью, не в нашем корпусе. (Потом оказалось, что это Юля Матвеева).

Погода пасмурная, и во время зарядки начал накрапывать дождь. Но это обстоятельство не очень меняло наши планы, так как наступил “День морской пехоты”, ну, и женский день, соответственно.

До этого, в бассейне, произошел небольшой инцедент: там тусовалось очень много народу и Кристиане, той самой, которую послала Инете, Ваня дал в глаз. Фингал получился серьезный, даже, на всякий случай, отвезли в Тукумс. Но, оказалось, что ничего страшного.

Итак, вначале о девчонках, так как там было все довольно прозаично. Насчет лекции вышел облом: лекторы из “Папардез зиедс” приехали, но нарвались на начальницу лагеря, которая послала их обратно, сказав, что это никому не нужно, поэтому девушки обошлись дискуссиями и подготовкой к конкурсу “А ну-ка, девушки” или “Фемина ля комедия.”

Другое дело парни. Во-истину, это был их день. Вначале в дверях корпуса появился Тигран в униформе морского пехотинца США, с биркой “Johnson”. Это вызвало бурю восторга как у мужской, так и у женской части обитателей лагеря. Девушки стали по-очереди фотографироваться с Тиграном. Как раз в это время закончился моросивший дождь, и наступил благоприятный момент для начала.

Вначале я провел небольшой курс строевой подготовки. То чего мы боялись, (что им будет неинтересно, вызовет отрицательные эмоции и т.д.) не произошло. Все воспринималось, как прикол. Этому, конечно, способствовал Тигран в форме.

Рассчитались по порядку, на первый-второй, постоились из одной шеренги в две шеренги, и тут пришел Миша и дал силовую подготовку: руки, ноги, пресс. Потом пару упражнений провел Марик (тоже силовые). Закончил подготовительный этап Сергей упражнениями на растяжку из аэробики. Таким образом, моя роль свелась к минимуму.

Потом стали объяснять правила игры. Мы придумали, что будет два отряда, у каждого отряда будет знамя на длинном (до 4 м) древке. Это знамя нужно будет защищать, причем лагерь строить не надо, а можно перемещаться. Другая задача - захватить флаг противника. В то же время у каждого участника есть нарукавная повязка, которую нужно сорвать. Участник с сорванной повязкой шел в, так называемый, медпункт и через 10 минут получал новую повязку. Число дополнительных повязок было ограниченно. Все происходило на территории “Альбатроса”.

Объяснили, разделили по командам, и разбежались. Часть лидеров возглавляли отряды, часть были наблюдателями. (Я был наблюдателем у “красных” - командиры - Миша, Сергей; Тигран у “синих” - командиры - Марик, Эдмунд). Петя и Женя сидели в медпункте.

Итак, игра началась. Вначале Миша спрятал флаг в ветвях березы на высоте, примерно, второго - третьего этажа. Как потом оказалось, Марик тоже спрятал свой флаг на дереве. Потом отряд разделился на разведчиков, спецназ во главе с Сергеем и на остальных. Я оставался с остальными, и Миша устроил нам неплохой кросс по всяким лагерным дебрям, мокрой траве, кустам и зарослям. Потом наш отряд нарвался на превосходящие силы противника. Наши построились (тут мне пришлось приложить некоторые усилия, так как при виде “синих” “красные” бросились было бежать) и стали отбиваться.

В этот момент начались взаимные претензии по процедурным вопросам, народ стал скандалить и шуметь, и лидеры решили выйти на нейтральную территорию, то есть в медпункт, и обсудить ситуацию, поскольку были нарушения с обеих сторон. Потом, после переговоров, когда ребята немножко успокоились, начались поиски флага. На группы уже не делились, ходили гурьбой и, в конце концов, на узком мосту приняли второй бой. И наш отряд был почти уже разгромлен, когда неожиданно пришла радостная весть, что Илюша (в смысле, Крумер) и Леня Глазер из отряда “красных” нашли флаг противника.

Так закончилась Зарница. Все были довольны, так как “красные” нашли флаг, а “синие” победили по количеству сорванных повязок.

Это заняло у нас почти все время до ужина.

После ужина начался конкурс “А ну-ка, девушки”. Девушки здорово подготовились, ничего не скажешь. Вначале они раздали парням анкеты, по результатам которых определялся состав жюри. В жюри попали Марик, Сергей, я, остальные не лидеры.

До начала конкурса нас предупредили, что призы должны получить все команды, по разным номинациям.

В начале девушки должны были что-то изображать, а парни должны были угадывать. Причем, Лена Блюмштейн облила меня водой из обливалки. Не помню, правда, кого она изображала.

Далее был песенный конкурс, потом танцевальный конкурс. В перерывах парни рассказывали анекдоты про женщин.

Последний конкурс надо было придумать парням. Естественно, не придумали ничего лучшего, чем признание в любви. Кстати, получилось очень-очень здорово.

Потом назвали победительниц, вообщем все прошло удачно. Принимала участие даже Кристиана, правда в темных очках.

16 августа. Пятница. День четвертый - напряженный. Погода улучшилась, опять светило солнышко.

С утра все шло, как обычно.

Днем уехала Рита. Ей нужно было успеть на чью-то свадьбу.

После обеда решили проводить Мишину экономическую игру. Они с Женей у себя в комнате готовились почти всю ночь, все равно не успели, и игра началась только около трех часов дня.

Смысл игры ты, наверное, помнишь. С помощью газетных заголовков, ножниц, клейкой ленты и гороха в качестве денег нужно отвечать связанными фразами на всякие вопросы, написанные на ватмане, и на ватман же их приклеивать, собрав результате как можно больше денег. В итоге, победил Игорь Ротбарт с каким-то безумным количеством горошин и в качестве приза получил мешок гороха.

Уже после окончания игры Марик заметил, что отсутствует один парень из его отряда - Илья Селин. Парень был приведен Тиграном. В начале думали, что он просто где-нибудь спрятался с книжкой или пошел на пляж. Но на ужине он не тоже появился.

Тигран сходил к нему в комнату и обнаружил, что вещей нет. Парень исчез. Тут же были опрошены ребята, которые жили с ним в комнате (Ротбарт, Жиряков). Они сказали, что когда все знакомились (в первый вечер), парень сказал, что ему 12 лет (хотя из заявления матери выходило, что ему 14 с половиной лет), что вел он себя достаточно странно, ни с кем не общался.

Телефона у матери не было, с работы она уже ушла, завтра суббота. Что делать?

Надо сказать, что ребята проявили большую выдержку и мужество. Решили, что Петя и Тигран на Петиной машине поедут на поиски, поскольку версии были следующие: или парня забрал отец, который с ним не живет, или он ушел сам. Уйти он мог или по шоссе или по берегу. Ребята уехали, а мы стали готовиться к рыцарскому турниру.

К рыцарскому турниру распределили страны (Тигран - индейцы (Америка), Петя- самураи (Япония), Сергей - идальго (Испания), Марик - янычары (Турция), Миша - немцы, Женя - русские, Эдмунд - викинги), и команды стали выбирать рыцаря и оруженосцев, готовить костюмы, рисовать щиты, придумывать легенды. Девушки тоже участвовали в подготовке.

Турнир решили проводить на травке перед корпусами, и я готовил оружие и “ристалище”.

Итак, мы провели рыцарский турнир. Настроения, конечно, не было никакого. К тому-же ведущие, Марик и Сергей, разругались вдрызг. У нас были заготовлены интеллектуальные конкурсы, но так как не кому было переводить, пришлось от них отказаться.

Турнир начался на час позже, чем предполагалась, и команды еле-еле успели провести презентацию при свете. Вышло, конечно очень здорово. Первыми появились размалеванные индейцы во главе с Оскаром, которому заплели кучу косичек.

Далее следовали другие команды. Все проявили максимум изобретательности. Я, честно говоря, такого не ожидал. У немцев была прочитана целая баллада. Ее полностью придумал Герман. У янычар был гарем (танцующий), викинг вышел с бревном (это был Марис, здоровый парень, качок), в цепях и в чьей-то кожаной юбке. Новый русский - Эрик - выехал на 600-ой кобыле, Леня Глазер, исполнявший роль идальго, нес всякую чушь на испанском, самураи выступили в своем классическом стиле. В общем, здорово.

Потом были конкурсы для оруженосцев и для рыцарей.

Рыцарям надо было драться друг с другом бумажно-картонными дубинами до трех ударов по ногам или по туловищу. Победил Марис, хотя объективно судить было очень трудно.

Оруженосцы состязались, чья команда быстрее выпьет бутылку “Мангали”, и дрались подушками на скамейках. Закончилось все это часов в одиннадцать, но, как я уже сказал, часть конкурсов использована не была.

Марис выбрал королеву турнира - Юлю Матвееву.

Поскольку турнир закончился неожиданно и раньше, чем было задумано, чувствовалось некоторое неудовлетворение, и никто особенно не хотел идти спать, а проводить дискотеку мы, естественно, не собирались.

Короче, Гиршфельд собрал “Кинноровских” девчонок, они пошли на второй этаж 4-ого корпуса и устроили импровизированный концерт, сидели тихонько у окна и пели под гитару. Другие слушали.

Как всегда, несколько человек попросились в бар покушать. Марик сказал, что проводит их. Я ему говорю: “Если чего, зови, я прибегу.” Буквально через минуту слышу: “Леня !” Я, решив, что что-то случилось, прибежал к ребятам, а Марик говорит: “Смотри, кажется Петя вернулся.”

Петя и Тигран таки вернулись. Они говорили с человеком, который видел парня с рюкзаком, идущего по берегу моря, примерно, в 25 км от лагеря. Таким образом, одна из версий (кстати, версия Марка) сработала. Но легче от этого не стало. Страшно даже было себе представить, что может произойти с ребенком ночью, если он опоздает на электричку в Слоке. (У Петьки в этой поездке полицейские отобрали права и не захотели брать деньги.)

Опять было много предложений. Остановились на следующем: Петя, Тигран, Надя и Эдмунд поедут в Слоку в полицию, а потом в Ригу к матери парня. И, если очень устанут, то останутся у Тиграна дома, а утром вернутся в лагерь.

И они снова уехали.

А Гиршфельд продолжал концерт, хотя было уже около двенадцати. Мы с лидерами решили, что пора это дело прекращать, и я пошел разгонять народ. Они сидели и пели что-то грустное. А настроения итак никакого. Вообщем, вскоре они разошлись по комнатам.

Корпуса заперли, и почти все пошли спать. Не спали Юля и Наташа в своем корпусе, не спал я и Гиршфельд в своем. Честно говоря, и не хотелось. Сидеть и ждать тяжело, но и сна ни в одном глазу. Я стал медитировать в коридоре, а Серега шептался с Леной Блюмштейн и Юлей Зильбер. Они так и не пошли спать, а сидели потом с нами. Гнать их в комнату не было никакого желания. Сидели и обсуждали, что будет с нами, если ... Я пытался сменить тему разговора, но не очень-то получалось. У меня проснулся “черный” юмор и “черная” философия, и я нес такое...

Короче говоря, в четыре часа приехал Петя со товарищи. Они привезли радостную новость: мальчишка уже дома и спит без задних ног. Наконец-то можно было с облегчением вздохнуть. Причем, Тигран, видимо, от напряжения, вдруг начал рассказывать всякую чушь, как они с Петькой ездили по барам в поисках беглеца, и как каждая встречная девушка предлагала им свои услуги. Вообщем, мы стояли, ржали, расслаблялись.

Потом пошли спать. Так закончился этот день.

17 августа, суббота. День пятый. Сегодня был запланирован “День выживания”.

Тигран специально ко дню выживания приготовил песню-речевку на английском.

Погода выдалась подходящая, было очень жарко, солнце пекло вовсю.

На зарядке объявили, что с беглецом все в порядке.

До обеда, после латышского было время, и парни пошли играть в баскетбол. Как и в футболе, команда ребят против команды лидеров. Лидеры взяли реванш за футбол и победили.

С утра началась “Почта”. Почтой занималась Юля. Народ сразу активно взялся за дело, поскольку все уже перезнакомились, и было что друг другу сказать и написать.

Я за три дня получил 14 писем, причем, некоторые настолько трогательные, что я даже неловко себя чувствовал.

Итак, выживание! После обеда мы разделили лагерь на две части, но не по командам, а по желанию, по тусовкам, чтобы легче было идти. В моей команде оказались почти все из еврейской школы, Миша, Сергей, Юля и Ира. Петя должен был возглавлять вторую команду. Но, перед самым началом появилась Инете с какими-то мужиками из Парижа, и Петьке пришлось остаться и пить с ними пиво.

Моя команда ушла на пару минут раньше, и я Инету не видел.

Итак, мы вышли на берег и повернули налево. Шли час и двадцать минут в среднем темпе, примерно 115 шагов в минуту.

Дорога попалась тяжелая, каменистая, со специфическим запахом гниющей тины, с какими-то ручьями. Плюс ко всему, мы взяли с собой только 4 бутылки “Мангали” на всех и разрешили пить только тогда, когда сделали первый привал перед тем, как повернуть обратно. Всем ужасно хотелось пить, но мы сказали, что вначале пьют девочки по одному глотку, потом парни. И парни ждали, и все пили по глотку.

Потом поступила команда разбить палатку (четырехместную), в которую потом влезло более 20-ти человек. Потом сложили палатку и пошли назад. Колонна растягивалась, и мне приходилось периодически бегать, останавливать самых быстрых и подгонять отстающих. Сама понимаешь, с евреями это было очень тяжело.

По дороге несли “раненых”, жгли костер, и в конце мы устроили небольшой марш-бросок, но все равно опоздали и пришли вторыми. Но самое приятное, что на входе в лагерь нас приветствовали аплодисментами и криками: “Молодцы!” наши соперники, причем без всякой издевки, совершенно искренне. Было очень приятно.

После все пошли в душ и до ужина отдыхали. Вечером была дискотека для тех, у кого есть силы. Кстати, “день выживания”, как, впрочем, и “Зарница”, очень всем понравился.

Вечером, однако, сорвался Петя. Надо сказать, что к тому времени он очень устал и еле держался на ногах. Сыграл свою роль и латышский, и недосыпание-недоедание, и поиски парня. Вообщем, он стал после дискотеки загонять всех по комнатам, и чтобы никаких разговоров, и без света. И наши еврейские девчонки стали ему поперек горла особенно, так что он даже предложил мне, давай, мол, выведем их на полчасика в ночных рубашках на улицу, пусть постоят, подумают. Но его тоже можно понять, всякому терпению приходит конец. Я его успокоил, как мог, так что “Варфоломеевской ночи” не произошло.

Незадолго до этого ко мне подошел Лисагор и предложил на утро один прикол: собрать у всех обувь и разложить ее перед корпусами в виде букв “K.I.D.”. Идея мне понравилась, и я предложил свои услуги в смысле охраны обуви. Это все должны были проделать те самые евреи(-ки).

Сергей игрался моей дубинкой, она у него вырвалась из рук и улетела в кусты. Мы долго ее искали, но так и не нашли, так как было очень темно. Решили продолжить поиски утром.

Вообщем, пока все успокоились, было уже три часа ночи.

18 августа, воскресенье. День шестой. В 6.20. меня разбудил Лисагор и они вместе с Юлей Зильбер и Аней Могер стали собирать обувь, а я тем временем искал свою дубинку. И нашел! Потом, когда все было готово, ребята пошли будить лагерь. Будить начали в 7.50, то есть на 10 минут раньше обычной побудки. Обычно лидеры стучались в комнаты и тихо будили, а тут толпа девчонок с гитарой и Лисагором подняли такой шум, что мата было отжиманий на двести. Наконец, все разобрались со своей обувью и пошли на зарядку. (На последнюю зарядку).

На латышском в этот день устроили импровизированный экзамен (экзамен, кстати, тоже был моей идеей). Не знаю, как он у ребят получился, но тем не менее.

После обеда были запланированны дискуссии по разным спорным вопросам. Вопросы были неплохие, жалко, что не успели обсудить все. Разделились по группам, причем, евреи опять сели вместе, и вначале вопрос обсуждался в каждой группе, а потом представители доказывали точку зрения группы остальным.

Первый вопрос был: “Кто должен быть главой семьи?” Был вопрос: “Самоубийцы - это сильные или слабые люди?” Я сидел с еврейской группой, и мы вспомнили Массаду и самураев. Следующий вопрос: “Человечество с точки зрения морали прогрессирует или регрессирует?”

В начале очень сильно пекло солнце, и дискуссия шла довольно напряженно. Ребята друг друга перебивали, не слушали других. Потом стало попрохладнее, народ успокоился, стал с интересом слушать чужую точку зрения. Вообщем, на мой взгляд, дискуссия получилась. К сожалению, ни по одному вопросу не пришлось выслушать мнение г-на Лисагора, так как он после обеда уехал.

Потом началась подготовка к заключительному вечеру. Причем, лидеры не должны были помогать детям.

Опять не обошлось без приколов. Еврейские девушки, (опять эти еврейские девушки!), решили сделать выступление от себя лично, так сказать, блеснуть. И совершенно не собирались помогать своим командам. Мол, мы и так весь лагерь все придумывали и делали, пусть теперь попробуют без нас. Пришлось обломить. Я им сказал: “Сначала делаете выступление со своей командой, потом, если остается время, готовите свое.” Тогда они не пошли на полдник, как остальные, а засели за подготовку. После полдника они разошлись по командам.

Команда лидеров тоже должна была подготовить выступление. Мы решили сделать какую-нибудь музыкальную сценку, и прикол. Прикол заключался в следующем: (ксати, мысль моя) покидать лагерь, прощаться, все это довольно грустно. А мы возьмем, и исключим всех из лагеря, но по разным поводам. Оставалось только придумать поводы. Например, часть ребят исключили за: “тусню, кусню, сосню, курню и пипню”; Леню Глазера и еше несколько самых высоких парней за “низость и мелкость роста”; по предложению Давыдова, еврейских девушек исключили за “би-, гомо- и гетеросексуальность”; нескольких парней за “использование матерных выражений в корыстных целях” и т.д. В общем, попали все.

Потом спели песенку, в общем, нормально.

Но команды выступили лучше. Одна команда подготовила церемонию награждения, причем я победил в номинации “Главный садист недели”. Миша получил звание: “Самый выживаемый”, Тигран - “Лучший рассказчик”, Марик - “Главный лекарь”.

Было много пародий на лидеров. В конце выступили еврейские девчонки, очень здорово, с грустными нотками, так, что кто-то, вроде, даже прослезился. А Петька после концерта подошел к ним и сказал: “А вы не такие уж плохие!”

Потом была дискотека. До упора, то есть до 5 часов. Миша заснул прямо за пультом.

19 августа. Понедельник. День седьмой, заключительный. Решили ребятам дать поспать, поэтому в 8.00 подъема не было. И зарядки, соответственно, тоже.

Я проснулся, как обычно, к девяти пошел в столовую. Было невыносимо грустно.

Поднялись, примерно, около одинадцати, позавтракали. После завтрака была лекция про “House”. Но народ проявил полную индефферентность к прослушанному.

Потом собирали и сдавали постельное белье, собирали свои вещи.

После обеда начались feed-back’и по группам. Выясняли, что понравилось, что не понравилось, что делать дальше. Мы с лидерами еще не собирались для обсуждения результатов, поэтому я не знаю, что там у них записано по итогам беседы.

В целом, детям очень-очень понравилось.

Потом началось прощальное фотографирование, далее я раздал каждой команде по большому мешку, и началась уборка.

Еще успели на последний полдник, а потом продолжали укладывать вещи, фотографироваться, что-то записывать друг другу в блокноты, обмениваться телефонами и т.д. Расписали маркерами заднее стекло Петиной машины, особенно прикололись евреи. Они написали: “Ты еще пожалеешь, что связался с еврейской тусовкой!”

Автобусы приехали на этот раз вместе и на 15 минут раньше. А примерно, в 17.25 все расселись по автобусам и выехали из Кестерциемса. Лагерь кончился!

Приехав в Ригу, все попрощались и постепенно разошлись, разъехались. Миша отвез нас с Мариком домой на машине, и в тот момент, когда мы отъехали от гостиницы, у меня начало болеть горло, в общем, организм сдался.

Самое смешное было дальше. Чувствую, что дома делать нечего, страшное желание тусоваться. Собрались на Домской площади уже на следующий день, после работы. Было человек двадцать.

Ребята передружились и постоянно дергают нас, когда в следующий раз встречаемся.

В субботу поехали в Сигулду. Было человек тридцать-сорок. Юля Зильбер захотела прыгнуть с фуникулера на резинке. И подбила на это дело Селиванова, который на следующий день уезжал. Лена, естественно, оставалась с Юлей. Я, естественно, остался с ними. Остальные ребята уехали.

Больше часа мы с Леной ждали, пока Миша и Юля прыгнут. Причем Юля оказалась в воде, и ей пришлось одеть рубашку Лены, потому что своих сухих вещей у нее не осталось.

Впечатлений было море. Ребята ими взахлеб делились.

В воскресенье провожали Селиванова. Было человек двадцать.

1-ого сентября собрались в еврейской школе на Дзирнаву. Собралось человек пятьдесят.

В голове уже следующие проекты, но об этом, наверное, потом.

© Леонид Келим.
Лето 1996